The Mirrour of the World or Thymage of the Same / Зеркало, или Образ мира (1481)

They entered first into grammar to draw reason in their ordinance, and after logic to prove and show the truth from the false. After they found rhetoric to speak fair in judgment and right, which they much loved; and after arithmetic to be expert in all things; after they found geometry to measure and compass all mastery; and after they found the science of music to set all things in concordance; after they had the understanding of astronomy, for thereby were they moved to have scienceВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. and virtue. In this manner you may understand how they that first found scienceВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. ordained the seven arts or seven sciencesВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию., and they be in such wise interlaced that they may not be authorized that one without that other, nor entirely praised; and also the first may not be perfectly conned without the last, nor the last without the first. And he that will learn one aright and understand it, him behooves to learn all the other, for otherwise may not be known apparently the certain, nor the uncertain; for that one is so common to that other that it behooves to know of all.

<…> Of this science of musyque cometh alle attemperaunce, and of this arte procedeth somme phisyque; for like as musyque accordeth alle thinges that discorde in them, and remain them to concordance, right so in like wise travailleth phisyque to bringe Nature to point that disnatureth in mannes body, whan ony maladye or sekenes encombreth it. But phisyque is not of the nombre of the seven sciences of philosophyeВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.. But it is a mestier or a craft that entendeth to the helthe of mannes body, and for to preserve it fro alle maladyes and sekenesses as longe as the lyf is in the body. And therefore it is not liberal, for it serveth to hele mannes body which ellis oftentymes might lightly perysshe. And ther is nothing liberal ne free that groweth of therthe; and for as moche as scienceВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. that serveth to mannes body leseth his franchise, but scienceВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. that serveth to the soule deserveth in the world to have name liberal; for the sowle ought to be liberal as thyng that is of noble beyng, as she that cometh of God, and to God wille and ought retorne; and therefore ben the seven sciences В переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.liberal, for they make the soule free. And on that other part they teche and enseigne alle that in every thyng ought proprely to be don. And this is the very reson why thise artesВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. alle sevenВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. ben called seven sciencesВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. liberall, for they make the soule liberall and deliver it fro alle evyll.

Они начали с грамматики, чтобы правильно строить речь; затем – логика, чтобы отличать истинное от ложного. После была создана риторика, чтобы красноречиво говорить в суде и отстаивать право, что они очень ценили. Затем – арифметика, чтобы стать искусными во всех делах; потом – геометрия, чтобы измерять и постигать всякое мастерство; после – наука музыки, чтобы привести всё в гармонию; и, наконец, они постигли астрономию, ибо она побуждала их к познанию и добродетели. Таким образом, ты можешь понять, как те, кто впервые открыл наукиВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию., установили семь свободных искусствВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.. Они так переплетены, что ни одно не может быть признано без другого и ни одно не может быть в совершенстве усвоено без последнего, а последнее – без первого. И кто хочет как следует изучить и понять одно из них, тот должен изучить и все остальные. Иначе нельзя будет ясно отличить достоверное от недостоверного, ибо они настолько взаимосвязаны, что требуют знания обо всём.

<…> От науки музыки происходит всякая гармония, и из этого искусства проистекает нечто от медицины; ибо подобно тому, как музыка приводит к согласию все вещи, в которых есть разлад, и возвращает их к гармонии, точно так же трудится и медицина, чтобы вернуть Природу в ее нормальное состояние, когда она искажается в человеческом теле из-за какой-либо болезни или недуга. Однако медицина не входит в число семи наук философии.В переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. Это ремесло или искусство, которое заботится о здоровье человеческого тела и стремится предохранить его от всех болезней и недугов, пока в теле есть жизнь. И поэтому она не является свободной (свободным искусством. – ред.), ибо служит для исцеления человеческого тела, которое иначе часто могло бы легко погибнуть. И нет ничего свободного, что произрастает из земли; и поскольку наукаВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию., служащая телу человека, теряет свою свободу, но наукаВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию., служащая душе, заслуживает в мире называться свободной; ибо душа должна быть свободной, будучи сущностью благородного происхождения, так как она происходит от Бога и к Богу желает и должна вернуться; и поэтому семь наукВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию. – свободные, ибо они делают душу свободной. С другой же стороны, они учат и наставляют всему, что должно быть сделано должным образом в каждой вещи. И вот истинная причина, почему все эти семь искусств В переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.называются семью В переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.свободными наукамиВ переводе Кэкстона понятия «наука» и «искусство» уравниваются между собой и часто предстают в виде сочетания «свободные науки и искусства». Перенося на почву английского языка традиционную для Средневековья систему значений, Кэкстон столкнулся с противоречием в понимании природы начного знания, ключевым для которого была степень «свободы», то есть отстраненности от мира материальных сущностей. Медицина, хотя и проистекает из тех же принципов, что и музыкальная гармония, считается ремеслом, а не свободной наукой. Свободные же науки направляют душу к Богу и способствуют нравственному совершенствованию.: они делают душу свободной и избавляют ее от всякого зла.