Извлечение
БогатствоАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д.
Еллином богатствАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. бог бе, нареченный Плутон;
аз его именую: воистинну плут он.
Плутает бо излиха и зело вплетает
в сети диаволския, яже уловляет.
<…> БогатстваАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. три некия имут вещи в себе,
яже не попущают вселитися в небе.
Перва – яко богатыйАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. тщится то множити
несытно, а без греха то не может быти,
Ибо Господь убогим повеле даяти,
а хотяй богатАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. быти хощет везде взяти.
Второе – Господь сердец всех Себе желает:
Сыне, отдажд ми сердце твое, совещает.
БогатииАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. же сердца злату прилагают,
а не Богу святому во жилище дают.
Наконец, велит Господь не велми пещися,
ни же упованием в злате погрестися.
А златолюбцы лише потребы пекутся.
да к ним прибытки многи отвсюду несутся,
И в собрании мнозе много уповают,
паче Творца своего ту тварь почитают.
<…>Но прелесть си есть зело превелика,
богатствоАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. чтити, а не человека.
Честь есть достойна всечестно живущым,
а не богатстваАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. велика имущым.
Добродетелей Бог в людех смотряет,
а не богатстваАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д., еже исчезает…
<…> Тыкву червь малый обнощь низвалил есть,
пророку печаль и скорбь сотворил есть.
БогатствоАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. паки скоро огнь снедает
и вода топит, и тать украдает,
И само время может оно тлити,
где-либо тщится кто е сохраните.
К тому багатствоАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. несытство раждает,
глад выну сердцу скупых наношает.
Яко же, аще кто слатину пита
будет, не может жажды утолите,
Но паче ону в гортани раждает,
тако, кто сердце злату прилагает,
Никогда может быта насыщенны,
аще ковчеги имать исполненны.
Вся сия мало, ничто же довлеет,
рещи: Полно есть, скупец не умеет.
Везде он сети своя запущает,
да в дом богатстваАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. многша привлекает.
<…> Аще ли кому то не подается,
яко свободен сый, да возсмеется.
В добродетели он да богатеетАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д.,
лучше всех богатствАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. тыя да имеет.
Теми бо полну царствие небесно
во наследие от Бога известно.
А богачАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. злобный, не весте ли камо,
где еваггелский, кийждо пойдет тамо?
Есть ли кто купно богатАвтор этимологически обыгрывает имя языческого Плутона, называя его «плутом», ибо богатство «зело вплетает в сети диаволския». В тексте перечисляются три препятствия, которые ставит злато на пути в Царствие Небесное, на библейских примерах Симеон Полоцкий показывает бренность материального. Однако итог вирши не безусловное осуждение: если богатый оказывается щедрым, его имущество становится средством ко спасению. В политическом измерении вирша служит не только нравственному, но и социальному наставлению. Симеон, как придворный поэт, вплетает в дидактику идею о том, что богатство должно быть служением обществу, обличая лихоимство и превознося милостыню, он утверждает гармонию сословий как основу общественного блага. Используя прием антитезы, Симеон излагает концепцию этического состояния, когда «благородный и богатый» обретут «врачевства недугом своим. В частности: гордости – смирение, сребролюбию – благорасточение, скупости – подаяние, велехвалству – смиренномудрие и т. д. и благ нравы,
приимет венец от Господа славы.
В пособство ему есть сребро и злато,
яко щедр бяше, приимет мзду за то.
Выделенные понятия: наведите, нажмите или выберите с клавиатуры для комментария
