Алексей Михайлович – второй царь из династии Романовых, взошедший в шестнадцатилетнем возрасте на престол Российского государства в 1645 г. Как наследник престола получил православное образование (чтение богослужебных книг, письмо, пение), на протяжении всей жизни демонстрировал набожность. Был обладателем относительно небольшой библиотеки, в которой по сравнению с книжным собранием его отца царя Михаила Федоровича, как отмечал С. П. Луппов, «светских книг… значительно больше». Помимо прочего, среди них была Космография, а также «Главизны наказательные о нравоучительстве царя Василья Греческаго», подаренные ему как наследнику патриархом Иосифом. Данная книга была памятником византийской политической литературы, относящимся к жанру «зерцала принцев». В этом сочинении правителю содержалась рекомендация следовать «добре положенным законом» своих предшественников, чтобы другие следовали его собственным законам. Сам Алексей Михайлович был не чужд интеллектуального труда: помимо эпистолярного наследия, в котором он в том числе рассуждал о своем долге царя править в соответствии с Божественной правдой, а также молебного послания к мощам св. митрополита Филиппа, составил, будучи любителем соколиной охоты, «Урядник сокольничья пути». В царствование Алексея Михайловича происходит большое количество важнейших событий во внутренней (принятие Соборного уложения 1649 г., таможенная реформа, эксперименты с налогообложением) и внешней (вхождение в состав России в 1654 г. Малороссии, тринадцатилетняя война с Речью Посполитой 1654–1667 гг., по итогам которой за Россией остались Левобережная Украина и Киев, а также был возвращен Смоленск) политике. Важным событием его правления стала церковная реформа 1653–1655 гг., одним из следствий которого стал т. н. раскол. Кроме того, в интеллектуальной жизни при дворе в царствование Алексея Михайловича большую роль начинают играть выходцы из западнорусских земель, которых лично привечает сам царь (например, Симеона Полоцкого), а также возникает театр (пьесы ставятся по библейским сюжетам). В определенной степени можно говорить, что в царствование Алексея Михайловича закладываются предпосылки петровских преобразований.

25 октября 1653 г. на основе челобитной торговых людей, поданной в августе 1653 г., была принята единая уставная таможенная грамота (до этого в стране в разных регионах действовали свои уставные таможенные грамоты), унифицировавшая взимание внутренних таможенных пошлин. Ключевая новация состояла в том, что основная часть пошлин была заменена единой пошлиной в размере 5 коп. с рубля (ее платил продавец). Однако, как отмечал Ю. А. Тихонов, несмотря на это «во многих сельских местностях, главным образом на переправах через реки и во владениях отдельных феодалов, с торговых людей продолжали взимать проезжие пошлины». Кроме того, были злоупотребления и в сфере откупов, когда в той или иной местности за деньги отдавалось исключительное право торговать определенным товаром (например, дегтем) или заниматься определенными промыслами (к примеру, ловить рыбу в местной реке) или деятельностью (например, держать бани). В связи с этим в дополнение к уставной грамоте от 25 октября 1653 г. была издана грамота от 30 апреля 1654 г. В ней изобличались такие поборы как злоупотребления, а также критиковались «богоненависные откупы», так как откупщики, «врази Богу и человеком, немилосердием ревнуют прежним окаянным мытарем и прочим злодеем». По этой грамоте упразднялись практически все откупа, «кроме воскобоя, и ледяного, и банных откупов», а также подтверждалось незаконность сбора проезжих пошлин. Грамота от 30 апреля 1654 г. была напечатана: после Соборного Уложения 1649 г. это был второй случай печати в типографии законодательного акта, после чего эта практика получит продолжение лишь при Петре I. Заключительная часть уставной грамоты от 30 апреля 1654 г. смогла произвести такое впечатление, что в царствование Петра I при подготовке нового Уложения, которое в 1701 г. должно было заменить Соборное Уложение 1649 г., она с минимальными изменениями должна была войти в его преамбулу. При этом составители опускали слова с похвалой о правлении «по правде», но полностью использовали формулировку о «вечном утверждении» «государского законоположения», для чего также полагалось одну копию Уложения за царской печатью поместить в Успенский собор, другую – в царскую казну, а новое Уложение – напечатать.