Letters on the Spirit of Patriotism / Письма о духе патриотизма (1749)

The service of our country is no chimerical, but a real duty. He who admits the proofs of any other moral duty, drawn from the constitution of human nature, or from the moral fitness and unfitness of things, must admit them in favour of this duty, or be reduced to the most absurd inconsistency. <…> Neither Montaigne in writing his essays, nor Descartes in building new worlds, nor Burnet in framing an antediluvian earth, nor Newton in discovering and establishing the true laws of nature on experiment and a sublimer geometry, felt more intellectual joys, than he feels who is a real patriotВ «Письмах о духе патриотизма» Болингброк переопределяет понятие патриота. Он отрицает частный интерес: патриот служит стране «без оглядки на свою частную выгоду» (without regard to his private interest). Это прямое противопоставление концепции Бернарда де Мандевиля, для которого частный интерес был двигателем процветания. Болингброк возвращается к республиканской традиции гражданской добродетели, где патриотизм требует самопожертвования. Кроме того, автор противопоставляет патриота партийному деятелю. Партии и фракции, по его мнению, разлагают конституцию и служат частным интересам, тогда как патриот стоит над партиями и объединяет нацию. Это отражает политический контекст 1730-х гг.: Болингброк пытался создать единую «партию страны» против коррумпированной «придворной» партии вигов. Патриотизм связывается со свободой, свобода понимается Болингброком как подчинение только тем законам, которые созданы с согласия народа для общего блага., who bends all the force of his understanding, and directs all his thoughts and actions, to the good of his country. <…> To what higher station, to what greater glory can any mortal aspire, than to be, during the whole course of his life, the support of good, the control of bad government, and the guardian of public liberty?

Служение нашей стране – не химера, а реальный долг. Тот, кто признает доказательства любого другого морального долга, должен признать их и в пользу этого долга, иначе он впадет в самое нелепое противоречие. <…> Ни Монтень, пишущий свои эссе, ни Декарт, строящий новые миры, ни Бёрнет, создающий допотопную землю, ни Ньютон, открывающий и утверждающий истинные законы природы на основе эксперимента и возвышенной геометрии, не испытывали большего интеллектуального наслаждения, чем тот, кто является истинным патриотомВ «Письмах о духе патриотизма» Болингброк переопределяет понятие патриота. Он отрицает частный интерес: патриот служит стране «без оглядки на свою частную выгоду» (without regard to his private interest). Это прямое противопоставление концепции Бернарда де Мандевиля, для которого частный интерес был двигателем процветания. Болингброк возвращается к республиканской традиции гражданской добродетели, где патриотизм требует самопожертвования. Кроме того, автор противопоставляет патриота партийному деятелю. Партии и фракции, по его мнению, разлагают конституцию и служат частным интересам, тогда как патриот стоит над партиями и объединяет нацию. Это отражает политический контекст 1730-х гг.: Болингброк пытался создать единую «партию страны» против коррумпированной «придворной» партии вигов. Патриотизм связывается со свободой, свобода понимается Болингброком как подчинение только тем законам, которые созданы с согласия народа для общего блага., кто направляет всю силу своего разума и все свои мысли и действия на благо своей страны. <…> К какому более высокому положению, к какой большей славе может стремиться смертный, чем быть на протяжении всей своей жизни опорой добра, обузданием плохого правления и стражем общественной свободы?