Даниель Дефо (1660–1731)

Daniel Defoe

Неизвестный художник, стиль Г. Кнеллера. Портрет Даниеля Дэфо. XVII/XVIII вв. Национальный Морской музей, Лондон
Неизвестный художник, стиль Г. Кнеллера. Портрет Даниеля Дэфо. XVII/XVIII вв. Национальный Морской музей, Лондон

Биография

Даниель Дефо – английский писатель, публицист и памфлетист, признанный одним из основоположников английского романа. Родился в семье состоятельного торговца Лондонского Сити. Принадлежность к диссентерской среде сформировала его убежденность в ценности идеи веротерпимости. Образование получил в «Академии несогласных» Чарльза Мортона в Ньюингтон-Грин (1674–1680), где изучал географию, естественные науки и современные языки, что заложило основы его практического подхода к общественным проблемам. На протяжении всей жизни занимался коммерцией, неоднократно терпел банкротство, что сформировало его представление об экономическом процветании Англии. Ранний этап публицистической деятельности отмечен поэмой «Чистокровный англичанин» (1701), принесшей ему известность. Памфлет «Кратчайший путь расправы с диссентерами» (1702) привел его к позорному столбу и тюремному заключению, после чего Дефо поступил на службу к Роберту Харли – влиятельному политику, лидеру тори. На протяжении десятилетия выполнял функции «наемного писателя и тайного агента», издавая журнал «Review» (1704–1713). После воцарения Ганноверской династии (1714) отошел от политической публицистики. Коммерческий успех «Робинзона Крузо» (1719) обеспечил Дефо финансовую независимость. В 1720-х гг. под псевдонимом Эндрю Мортон опубликовал серию работ о социальных проблемах Лондона, включая «Augusta Triumphans» (1728), где предложил конкретные реформы для достижения общего блага. Был знаком с идеями Джона Локка и других мыслителей раннего Просвещения, однако его концепция общего блага носила практический, а не умозрительный характер, вытекая из опыта коммерсанта и наблюдений за жизнью столицы.

The Poor Man's Plea: In Relation to All the Proclamations, Declarations, Acts of Parliament, &c. which Have Been Or Shall be Made Or Publish'd for a Reformation of Manners and Suppressing Immorality in the Kingdom / Мольба бедного человека: по поводу всех прокламаций, деклараций, актов парламента и прочих постановлений, которые были или будут изданы для исправления нравов и подавления безнравственности в королевстве (1698)

История текста

Трактат Даниеля Дефо «Мольба бедного человека» (The Poor Man's Plea) был опубликован в Лондоне в 1698 г. Произведение возникло в контексте движения «исправления нравов» (Reformation of Manners), направленного на борьбу с общественными пороками и усиление религиозно-нравственного контроля. Трактат представляет собой политико-моральную петицию, написанную от имени «бедного человека» (Poor Man), критикующую неравномерное применение законов против безнравственности к различным социальным группам. Текст относится к раннему периоду публицистической деятельности Дефо и предшествует его наиболее известным политическим и литературным произведениям. В отличие от позднейших сочинений автора, он долгое время оставался менее известным и не переиздавался столь широко, однако в XX в. был включен в корпус исследований ранней английской публицистики. Полного русского перевода трактата не существует.

Извлечение

Язык извлечения

These are Great Things, and, well-improved, would give an undoubted Overthrow to the Tyranny of Vice, and the Dominion Profaneness has usurp'd in the hearts of men. But we of the Plebeii find our selves justly aggriev'd in all this Work of Reformation; and the Partiality of this Reforming Rigor makes the real Work impossible: Wherefore we find our selves forced to seek Redress of our Grievances in the old honest way of Petitioning Heaven to relieve us: And in the mean time, we solemnly Enter our Protestantion against all the Vicious Part of the Nobility and Gentry of the Nation; as follows: First, We Protest, That we do not find, impartially enquiring into the matter, speaking of Moral Goodness, that you are one jot better than we are, your Dignities, Estates, and Quality excepted. Tis true, we are all bad enough, and we are willing in good Manners to agree, that we are as wicked as you; but we cannot find on the exactest Scrutiny, but that in the Commonwealth of Vice, the Devil has taken care to level Poor and Rich into one ClassВ своем трактате Даниель Дефо использует социальную лексику переходного периода, когда традиционные категории иерархического общества (rank, quality, degree, order) начинают сосуществовать с новыми классификационными понятиями (sort, class). В данном фрагменте понятие rank не используется непосредственно, однако его семантика присутствует в понятиях Nobility, Gentry, Dignities, Estates и Quality, обозначающих унаследованный статус, социальный престиж и место в традиционной иерархии. В противоположность им понятия Poor Commons и Plebeii обозначают не отдельное сословие в строгом юридическом смысле, а социальную группу, определяемую экономическим положением и политической подчиненностью. Ключевым для интерпретации понятия в сочинении Дефо является обращение к концепту class в выражении «в Содружестве Порока Дьявол позаботился о том, чтобы уравнять Бедных и Богатых в один Класс» (in the Commonwealth of Vice, the Devil has taken care to level Poor and Rich into one Class). Здесь class еще не означает общественный класс в современном смысле, но уже выполняет функцию новой социальной категории: он обозначает совокупность людей, объединенных общим моральным состоянием независимо от происхождения и богатства. Семантический сдвиг особенно заметен в противопоставлении Quality и Class: первое сохраняет значение внешнего социального ранга, второе выражает внутреннее нравственное равенство. Sort of people в трактате отсутствует как устойчивый термин, однако его функция реализуется через понятия Poor and Rich, Nobility and Gentry, Commons, то есть через группировку населения по положению и поведению. Таким образом, Дефо использует язык традиционной иерархии для критики самой иерархии и одновременно вводит более гибкий язык социальных категорий, характерный для конца XVII в., and is fairly going on to make us all Graduates in the last Degree of Immorality. Secondly, We do not find that all the Proclamations, Declarations, and Acts of Parliament yet made, have any effective Power to punish you for your Immoralities, as it does us. Now while you make Laws to punish us, and let your selves go free, though guilty of the fame Vices and Immoralities, those Laws are unjust and unequal in themselves. Tis true, the Laws do not express a Liberty to you, and a Punishment to us; and therefore the King and Parliament are free, as King and Parliament, from this our Appeal; but the Gentry and Magistrates of the Kingdom, while they execute those Laws upon us the poor Commons, and themselves practising the same Crimes, in defiance of the Laws both of God and Man, go unpunished; This is the Grievance we protest against, as unjust and unequal. Wherefore, till the Nobility, Gentry, Justices of the Peace, and Clergy, will be pleased either to reform their own Manners, and suppress their own Immoralities, or find out some Method and Power impartially to punish themselves when guilty, we humbly crave Leave to object against setting any Poor Man in the Stocks, or sending them to the House of Correction for Immoralities, as the most unequal and unjust way of proceeding in the World.

Это Великие Дела и, будучи хорошо применены, несомненно, ниспровергли бы Тиранию Порока и Владычество, которое Нечестие узурпировало в сердцах людей. Но мы, Плебеи, чувствуем себя по праву ущемленными во всём этом Деле Реформации; и Пристрастность этой Реформаторской Суровости делает реальное Дело невозможным. Посему мы вынуждены искать Облегчения наших Обид старым честным способом – Возносить Мольбы к Небесам, дабы они избавили нас. А тем временем мы торжественно заявляем наш Протест против всей Порочной Части Знати и Джентри Нации, а именно: Во-первых, мы протестуем: беспристрастно исследуя этот вопрос и говоря о Моральной Доброте, мы не находим, что вы хоть на йоту лучше нас, за исключением ваших Почестей, Поместий и Качества. Правда, все мы достаточно плохи, и мы готовы из вежливости согласиться, что мы столь же порочны, как и вы; но при самом тщательном рассмотрении мы не можем не обнаружить, что в Содружестве Порока Дьявол позаботился о том, чтобы уравнять Бедных и Богатых в один КлассВ своем трактате Даниель Дефо использует социальную лексику переходного периода, когда традиционные категории иерархического общества (rank, quality, degree, order) начинают сосуществовать с новыми классификационными понятиями (sort, class). В данном фрагменте понятие rank не используется непосредственно, однако его семантика присутствует в понятиях Nobility, Gentry, Dignities, Estates и Quality, обозначающих унаследованный статус, социальный престиж и место в традиционной иерархии. В противоположность им понятия Poor Commons и Plebeii обозначают не отдельное сословие в строгом юридическом смысле, а социальную группу, определяемую экономическим положением и политической подчиненностью. Ключевым для интерпретации понятия в сочинении Дефо является обращение к концепту class в выражении «в Содружестве Порока Дьявол позаботился о том, чтобы уравнять Бедных и Богатых в один Класс» (in the Commonwealth of Vice, the Devil has taken care to level Poor and Rich into one Class). Здесь class еще не означает общественный класс в современном смысле, но уже выполняет функцию новой социальной категории: он обозначает совокупность людей, объединенных общим моральным состоянием независимо от происхождения и богатства. Семантический сдвиг особенно заметен в противопоставлении Quality и Class: первое сохраняет значение внешнего социального ранга, второе выражает внутреннее нравственное равенство. Sort of people в трактате отсутствует как устойчивый термин, однако его функция реализуется через понятия Poor and Rich, Nobility and Gentry, Commons, то есть через группировку населения по положению и поведению. Таким образом, Дефо использует язык традиционной иерархии для критики самой иерархии и одновременно вводит более гибкий язык социальных категорий, характерный для конца XVII в., и преуспевает в том, чтобы сделать всех нас Выпускниками высшей степени Безнравственности. Во-вторых, мы не находим, что все Прокламации, Декларации и Акты Парламента, доселе изданные, имеют какую-либо действенную Силу наказывать вас за ваши Безнравственности, как они наказывают нас. Итак, пока вы создаете Законы, чтобы наказывать нас, и отпускаете себя на свободу, хотя и виновны в тех же Пороках и Безнравственностях, эти Законы сами по себе несправедливы и неравны. Правда, Законы не выражают явно Свободу для вас и Наказание для нас; и поэтому Король и Парламент, как Король и Парламент, свободны от нашего Обращения; но Джентри и Магистраты Королевства, применяя эти Законы к нам, бедным Простолюдинам, сами при этом практикуя те же Преступления в пренебрежение Законами как Бога, так и Человека, остаются безнаказанными; вот та Обида, против которой мы протестуем, как против несправедливого и неравного [положения дел – ред.]. Посему, покуда Знать, Джентри, Мировые Судьи и Духовенство не соблаговолят либо исправить свои собственные Нравы и обуздать свои собственные Безнравственности, либо изыскать какой-либо Способ и Власть беспристрастно наказывать самих себя, когда они виновны, мы покорно просим позволения возражать против заключения какого-либо Бедняка в Колодки или отправки их в Исправительный Дом за Безнравственности, считая это самым неравным и несправедливым образом действий в Мире.

Выделенные понятия: наведите, нажмите или выберите с клавиатуры для комментария

Библиография

Источник

  • Defoe D. The Poor Man's Plea: In Relation to All the Proclamations, Declarations, Acts of Parliament, &c. which Have Been Or Shall be Made Or Publish'd for a Reformation of Manners and Suppressing Immorality in the Kingdom. L.: A. Baldwin, near the Oxford-Arms in Warwick-Lane, 1698.

Исследования

  • Backscheider P. R. Daniel Defoe: His Life. Baltimore: Johns Hopkins Univ. Press, 1989.