A Dissertation upon Parties: in Several Letters to Caleb D’Anvers, Esq. / Рассуждения о партиях: в нескольких письмах к Калебу Д'Анверсу, эсквайру (1735)

By ConstitutionВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в., We mean, whenever We speak with Propriety and Exactness, that Assemblage of Laws, Institutions and Customs, derived from certain fixed Principles of Reason directed to certain fixed Objects of Publick Good that compose the General System, according to which the Community hath agreed to be governed.

<…> If liberty be that delicious and wholesome fruit, on which the British nation hath fed for so many ages, and to which we owe our riches, our strength, and all the advantages we boast of; the British constitution В «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в.is the tree that bears this fruit, and will continue to bear it, as long as we are careful to fence it in, and trench it round, against the beasts of the field, and the insects of the earth.

<…> our constitution В «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в.is a system of government suited to the genius of our nation, and even to our situation. The experience of many hundred years hath shown, that by preserving this constitutionВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. inviolate, or by drawing it back to the principles on which it was originally founded, whenever it shall be made to swerve from them, we may secure to ourselves, and to our latest posterity, the possession of that liberty which we have long enjoyed.

<…> As our constitution В «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в.therefore ought to be, what it seldom is, the rule of government, so let us make the conformity, or repugnancy of things to this constitutionВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в., the rule by which we accept them as favorable, or reject them as dangerous to liberty.

Под КонституциейВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. мы разумеем, когда говорим с точностью и определенностью, то соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага, которые образуют ту Общую Систему, сообразно которой Сообщество согласилось управляться.

<…> Если свобода – это тот вкусный и здоровый плод, которым британская нация питалась на протяжении стольких веков и которому мы обязаны нашим богатством, нашей силой и всеми преимуществами, которыми мы хвалимся; то британская конституцияВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. есть древо, приносящее этот плод, и будет приносить его до тех пор, пока мы будем заботиться о том, чтобы оградить его и окопать вокруг от полевых зверей и земных насекомых.

<…> наша конституцияВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. есть система правления, сообразная гению нашей нации и даже нашему положению. Опыт многих сотен лет показал, что, сохраняя эту конституциюВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. неприкосновенной или возвращая ее к принципам, на которых она была первоначально основана, всякий раз, когда она будет вынуждена от них отклониться, мы можем обеспечить себе и нашему последнему потомству обладание той свободой, которой мы долго наслаждались.

<…> Поскольку наша конституцияВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. должна быть, чем она редко бывает, правилом правления, то пусть соответствие или противоречие вещей этой конституцииВ «Рассуждении о партиях» Болингброк переопределяет понятие конституции и дает ему классическое определение: «соединение Законов, Установлений и Обычаев, проистекающих из определенных неизменных Принципов Разума, направленных к определенным неизменным Целям Общего Блага», образующее систему, по которой «Сообщество согласилось управляться». Конституция, таким образом, не просто совокупность законов, а основанное на разуме и общем благе соглашение сообщества о принципах правления. Ключевая метафора Болингброка – «конституция как древо свободы». Если свобода – «вкусный и здоровый плод», то «британская конституция есть древо, приносящее этот плод». Свобода проистекает из конституционного устройства, которое нуждается в защите от «полевых зверей и земных насекомых». Болингброк утверждает: конституция «сообразна гению нашей нации и даже нашему положению», – и связывает национальную идентичность с исторической преемственностью. Конституция в этой концепции должна быть «правилом правления», а соответствие или противоречие ей – критерием для оценки законов. Это нормативное понимание: конституция не описывает существующий порядок, а устанавливает стандарт. Также Болингброк пишет об эволюции конституции («приведена… через многие борьбы и опасности») до «совершеннейшей идеи свободной системы правления», выделяя ключевую проблему – «независимость Парламента от коррупции», что отражает его критику правительства Роберта Уолпола. В отличие от Бернарда де Мандевиля, видевшего в пороках основу процветания, Болингброк апеллирует к добродетели и бескорыстию как основаниям конституционного порядка. Эта концепция повлияла на американских отцов-основателей, понимание «неписаной» британской конституции и идеологию оппозиции в англо-американском мире XVIII в. будет правилом, по которому мы принимаем их как благоприятные или отвергаем как опасные для свободы.