I esteem that tolerationВ «Письме о веротерпимости» Джон Локк совершает радикальный семантический сдвиг по сравнению с предшествующей традицией: толерантность перестает быть монаршей милостью (indulgence) и становится естественным правом, основанным на неотчуждаемой заботе человека о собственном спасении. В отличие от «Акта о корпорациях» 1661 г., где толерантность была инструментом политического контроля, Локк утверждает, что принуждение в религии не только бесполезно, но и противоречит самой сути христианства. Однако он исключает из сферы толерантности католиков, которых считает потенциальными изменниками из-за их подчинения иностранной власти, и атеистов, которые не признают обязательной силы клятв. Это показывает, что даже в самой либеральной теории толерантности остаются границы, определяемые политической необходимостью. Тем не менее, именно Локк закладывает основы для последующего развития идеи религиозной свободы, оказав влияние на американских отцов-основателей и европейских просветителей. to be the chief characteristical mark of the true Church.
<…> The business of true religion is quite another thing. It is not instituted in order to the erecting of an external pomp, nor to the obtaining of ecclesiastical dominion, nor to the exercising of compulsive force, but to the regulating of men's lives, according to the rules of virtue and piety.
<…> The commonwealth seems to me to be a society of men constituted only for the procuring, preserving, and advancing their own civil interests. Civil interests I call life, liberty, health, and indolency of body; and the possession of outward things, such as money, lands, houses, furniture, and the like.
<…> No man can so far abandon the care of his own salvation as blindly to leave to the choice of any other, whether prince or subject, to prescribe to him what faith or worship he shall embrace. For no man can, if he would, conform his faith to the dictates of another.
Я считаю, что веротерпимостьВ «Письме о веротерпимости» Джон Локк совершает радикальный семантический сдвиг по сравнению с предшествующей традицией: толерантность перестает быть монаршей милостью (indulgence) и становится естественным правом, основанным на неотчуждаемой заботе человека о собственном спасении. В отличие от «Акта о корпорациях» 1661 г., где толерантность была инструментом политического контроля, Локк утверждает, что принуждение в религии не только бесполезно, но и противоречит самой сути христианства. Однако он исключает из сферы толерантности католиков, которых считает потенциальными изменниками из-за их подчинения иностранной власти, и атеистов, которые не признают обязательной силы клятв. Это показывает, что даже в самой либеральной теории толерантности остаются границы, определяемые политической необходимостью. Тем не менее, именно Локк закладывает основы для последующего развития идеи религиозной свободы, оказав влияние на американских отцов-основателей и европейских просветителей. является главным отличительным признаком истинной Церкви.
<…> Дело истинной религии совершенно иное. Она установлена не для создания внешнего великолепия, не для получения церковного господства и не для применения принудительной силы, но для устроения жизни людей по правилам добродетели и благочестия.
<…> Государство, как мне представляется, есть общество людей, созданное лишь для достижения, сохранения и преумножения своих гражданских интересов. Гражданскими интересами я называю жизнь, свободу, здоровье и телесное благополучие, а также владение внешними вещами, такими как деньги, земли, дома, мебель и тому подобное.
<…> Никто не может настолько отказаться от заботы о своем собственном спасении, чтобы слепо предоставить выбор другому – будь то государь или подданный – предписывать ему, какую веру или богослужение он должен принять. Ибо никто, даже если бы и захотел, не может подчинить свою веру предписаниям другого.